Гарм Видар (Сергей Иванов)

— А при чем здесь моя мама! — взбеленился Во-Шин-Сын. — Ты мою маму своими грязными лапами не тронь! Я за маму, знаешь, какой орган тебе откусить могу?!!

— Брек! — сказал Стальная Задница. — Переходим к практическим занятиям. Итак, вы видите перед собой Полуавтоматический Доильный Агрегат — ПДА-486/DX-40… В чем дело, Кукиш?

Кукиш, неловко переступая длинными тощими ногами, несмело выдавил:

— А доить-то, кого будем?

— Как?! — фальшиво изумился Стальная Задница. — Разве я вам не сказал?!! Ну, конечно же…

И вот тут, как раз, можно было бы отнестись снисходительно к несколько театральной манере Бака Эмерсона, потому, что в радиусе пятисот световых лет, каждому, кто обладал хотя бы гипотетическими мозгами, было известно, что на Сифоне-2 водятся два вида живых существ. Причем в изобилии, наводящем суеверный ужас на специалистов. Во-первых, это большие черные и жирные тараканы, завезенные с альфы Центавра, и, во-вторых, почти такие же, но зеленые и чуть побольше — Чужие, взявшиеся черт знает откуда!

Нет, конечно, в период Тотального Овладения Космосом (ТОК) была масса ТОК-ующих энтузиастов, неудержимо и планомерно засевающих Ближний и Дальний космос атрибутами, символизирующими сокрушительные амбиции членов Трансгалактического союза. Теория Превентивной Интеллектуальной Пан-Спермии (ПИПС), господствовавшая в руководящих кругах Трансгалактического союза для непосвященных формулировалась кратко, просто и доступно: “Что посеешь — то и пожнешь!”

Бог знает, что засевали на Сифоне-2, но всходы, на неокрепшие организмы производили ошеломляющее впечатление.

Последняя смена драпала с Сифона-2 столь поспешно, что, по неподдающимся проверке слухам, забыла на территории станции казну Верховной Матери, накануне вывезенную с Гоннокока-6 из созвездия Гидры, по случаю восстания там секс меньшинств…

— Не тараканов же?! — вяло попытался сострить Кукиш.

Бак не принял иронии. Для начала он смерил Кукиша задумчивым взглядом, словно проверяя, пройдет ли тело покойного, обладающего столь негабаритными органами, в люк стандартного мусороприемника или их придется запихивать туда по частям; и вдруг улыбнулся, но так, что у волонтеров на помрачневших лицах выступил холодный пот.

— О тараканах, разговор особый, а доить будем, естественно, Чужих. Кислоту они вырабатывают дибиллиновую. Ну, а с ее помощью из марсианских волосатых огурцов добывают алкалоид — дибиллин. Алкалоид этот имеет широкое применение в… ну, это как раз неважно… Надеюсь теперь вы окончательно осознали, мальчики, по какие органы вы увязли?!

Ответом на этот риторический вопрос было мрачное хоровое молчание, в котором, словно в зеркале, каждый был волен видеть отражение собственной дальнейшей участи.

— Ну, орлы трансгалактические, что приуныли? — весело осведомился Бак Стальная Задница. — Сопли будете потом жевать, а сейчас переходим к практическим занятиям.

С удивительной для его комплекции и образа жизни сноровкой, Бак, как-то по особенному встряхнул доильный агрегат и, вдруг, стремительно водрузил его на голову многострадального Кукиша, небрежно хлопнув его при этом по темечку. Голова Кукиша, совместно с его уникальным органом, оказалась плотно упакованной в большой пластиковый мешок, который мгновенно наполнился какой-то флюоресцирующей гадостью и стал мучительно пульсировать — то, облегая плотно все выступы на импровизированном бюсте будущего ударника фотонно-дивергентного метода доения, то на мгновение, ослабляя хватку, — то есть, явно выполняя доильные функции.

Выждав секунду, чтобы не только Кукиш, но и все остальные, хоть до некоторой степени адекватно, могли оценить неудержимый полет инженерной мысли, Бак вновь хлопнул Кукиша по темечку, очевидно отключая агрегат, после чего, сначала пластиковый мешок, а потом и сам Кукиш опали.

— Как видите техника проста, не обращая внимания на нездоровый ажиотаж в поредевших рядах (Кукиш временно выпал в осадок) волонтеров, невозмутимо объявил Стальная Задница, — главное вовремя начать процесс и вовремя “что”?!

— Кончить, — почему-то неубедительным хором откликнулись оставшиеся при памяти волонтеры.

— Ну, вы пока потренируйтесь, — хмыкнул Бак, — а то мне кажется, что эту всеобъемлющую истину осознал до конца один только Кукиш. Через полчаса ваш первый выход на Сифон. Выше головы, парни, или что там у вас вместо них… Радуйтесь жизни, может уже завтра поднимать будет нечего!

После столь бодрящего напутствия Бак покинул волонтеров и благополучно продрых все полчаса у себя в каюте.

Ровно через тридцать две минуты и восемь секунд нога первого из волонтеров попыталась ступить на металлический причальный пандус Сифона-2, но, поскользнувшись на гнилой банановой кожуре, нырнула в щель между пандусом и корпусом корабля. В результате, первой на “землю обетованную” ступила левая рука, а вслед за ней изумленная физиономия ошалевшего Гниды стремительно и — гулко — зафиксировала знаменательный момент высадки доярского десанта.

Бак высадился последним, когда Гниду общими усилиями уже удалось вернуть во временно утраченное вертикальное положение. Лишь отпечаток рифленой поверхности пандуса на лбу первопроходца неназойливо свидетельствовал о неординарном подходе к фиксации знаменательных событий.

Бак хмыкнул и нехотя проворчал:

— Это вам не по борделям с ослабленной для удобства клиентов гравитацией шастать. Здесь Сифон! Первым идет Простата, за ним ушибленный Гнида, за ним Кукиш. Я замыкаю и прикрываю. Если что заметите — не орать, не метаться — ждать команды. Если скажу доить — доите, если скажу ползти — ползите, если скажу опростаться — пусть хоть глаза повылазят, но обязаны опростаться! Рысью арш!!!

Для тех, кто никогда не был на Сифоне-2, трудно представить ландшафт брошенной в спешке станции. Тем более что те, кто там побывал, предпочитают это не афишировать и на все вопросы отвечают гнетущим молчанием. Но! Тем ни менее, но и, к сожалению, ни более, об общем впечатлении можно косвенно судить по результатам третьей (и последней!) экспедиции добровольцев, отправившихся на поиски и спасение сокровищ бежавшей Верховой Матери. Ровно через месяц после старта их катер был замечен безвольно дрейфующим в неизвестном направлении и не отвечающим ни на один из призывов, как в доступной словесной форме с помощью вульгарного радиопередатчика, так и на пси-волновом экстрасенсорном диапазоне. Половина добровольцев отсутствовала напрочь, а вторая половина была напрочь безумна. Лишь один член экспедиции был нормальным, но в стельку пьяным (как потом выяснилось, в таком состоянии он был погружен в момент старта и в высадке на Сифон то ли не участвовал, то ли так и не понял, поскольку был убежден, что с базы вообще не улетал). Поговаривали, что безумная половина добровольцев, то ли сначала спятила, а потом съела разумную половину, толи наоборот — сначала съела, а потом спятила. Но, что там произошло на самом деле, выяснить так и не удалось. С тех пор на Сифон не летал никто. Никто, за исключением Бака Стальной Задницы и его волонтеров. Но возвращался с Сифона, почти всегда только Бак…

— Ложись!!! — неожиданно заорал, видимо не оправившийся до конца после высадки Гнида, и, сбившись в трепещущую кучу, волонтеры залегли.

— Отставить! — холодно сказал Бак, провожая равнодушным взглядом огромного гнедого рыжеусого и шестиного жеребца. — Это всего лишь таракан… местный.

— А что, здесь еще есть и “чужие”? — нехорошо ухмыляясь, поинтересовался Кукиш, слегка оклемавшийся, но демонстративно не встающий.

У Бака сделалось такое выражение лица, что стало трудно точно определить, какая именно часть тела имелась в виду, во время награждения его столь эффектной кличкой.

— Вы изволите шутить, мосье Ку-кишь?! Или это у меня опять начались слуховые галлюцинации, не терзавшие мой организм со времен пятой высадки на Сифон?

— А это у вас какая по счету будет? — подобострастно поинтересовался Гнида, которому отпечаток рифленого пандуса на физиономии придал даже некоторую обаятельность. — Небось, уже за сотню перевалило?

— Сто тринадцатая, — без выражения цедит Бак и при этом смотрит на Кукиша так, что тот мгновенно сникает, при всей игривости настроения понимая, что у него эта высадка первая, но, как ни парадоксально, видимо, она же и последняя.

Однако, как относительно все в этом мире, безотносительно выбираемой точки отсчета и отсчитывающего индивида.

— Ладно, — вдруг почти ласково произнес Бак Стальная Задница и окинул волонтеров отеческим взором, давление которого каждый оценил примерно в 7-8 “g”. — Я чувствую, что вам неймется. А я по натуре жутко демократичный. Я дам вам шанс, парни!

Бак не спеша сделал пару шагов вперед, повозился у одной из стен. Там вдруг открылся потайной люк в боковой отсек. Бак молча туда нырнул, отчего волонтеры пришли в некоторое возбуждение и попытались протиснуться следом, но Бак, чем-то погрохотав в темноте, вновь появился в коридоре, держа в руках три ржавых изъеденных кислотой бидона.

Pages: 1 2 3 4